НЕтатьянин день, или Откровения злобного «препода»

Труд учителя - почетный, социально значимый, нужный и… абсолютно негуманный по отношению к самому педагогу. От сессии до сессии живут студенты весело. А преподаватели – грустно. Потому что необходимо вставать ни свет ни заря, тащиться в институт и впихивать в неокрепшие умы отборную пищу из светлого и вечного. А молодым умам всего этого добра не нужно, умы хотят спать, есть и зрелищ. Но вот приходит заветная сессия, - и «преподы» вроде бы должны отрываться по полной. Мстить прогульщикам, сжигать еретиков (в рукописи зачеркнуто – прим. ред.), потешаться над двоечниками и для профилактики мучить отличников... В конце концов, доктора наук – тоже люди, и им бывает обидно, когда адский труд – все пояснять да разжевывать – не ценят по достоинству. Казалось бы, вот он, пришел час расплаты, и двоечник-лентяй-прогульщик Ткаченко сидит напротив, нервно перебирая в руках зачетку с набором «троек». Бери его, тепленького, голыми руками. Ан нет! Нет в этой ситуации счастья…
 

Хождение по наукам

Вы удивитесь, когда узнаете, насколько преподаватели не любят принимать зачеты и экзамены. Мало нам того, что приходится из года в год повторять хорошо знакомые материалы лекций, маясь от скуки и прикидывая про себя варианты меню на ужин, так еще в финале пьесы нужно слушать дурной пересказ того, что сам хотел бы забыть! Мечта любого преподавателя – хотя бы раз в жизни с чистой совестью поставить всей группе «автоматы» и избежать пытки экзаменом. Но скорее Тибет станет столицей Праги, во что искренне верит мой бывший одноклассник Ваня О., чем мечты «препода» станут явью. 

При этом студенты убеждены, что преподаватели млеют, выслушивая предобморочные монологи испытуемых. Как бы не так! Да «преподы», наверное, сами для себя не могут решить, что хуже: заученный монолог «отличницы» с первой парты, не способной к элементарным логическим операциям после перестановки двух слов в тексте, или бессвязный бубнеж неподготовленного Васи из Комрата. Ни один из таких вариантов ответа на экзамене не греет мою преподавательскую душу. Поэтому тройки получают даже закоренелые отличницы. Для хорошей оценки недостаточно кивать головой на занятиях, зазубрить текст лекций и повторять фразы преподавателя. Нужно уметь мыслить самостоятельно и свободно оперировать полученными знаниями. Ошибаться в процессе поиска решения, говорить «своими словами», забывать верное слово, заглядывать в хорошо подготовленные шпаргалки - можно, преданно смотреть в глаза, ожидая подсказки, мямлить, угадывать, давить на жалость и тем более предлагать «как-то решить вопрос» – нельзя. Чаще всего милые девочки и мальчики из отряда «вечно готовых к семинару» не понимают простой вещи: художественное чтение с листа не считается полноценным выступлением, а хорошая память – не синоним ума. Вот и плачут, наивные, над своими оскверненными зачетками. А я отправляюсь домой с видом Темного Властелина, прохожу по коридорам, полным скорбных взглядов и невысказанных упреков. И да, потом еще долго хохочу злостным смехом в своих мрачных чертогах, вспоминая незадачливых студентов. Нам ведь, преподам, больше нечем заняться. Нам лишь бы невинные души изводить.

Хуже экзамена только пересдача. Невероятно, но факт: больше всего личного времени преподаватель тратит не на талантливых молодых ребят, а на бездельников, которым знания и даром не нужны. Надежды на то, что студент возьмется за голову и вдруг осмыслит все глубины научной мысли, практически нет. Такие бездари становятся вечной головной болью для педагога, мучительно решающего задачу «отчислить нельзя оставить». Отчислять жалко: даже бездарный человек может быть хорошим, и портить жизнь девушке из-за того, что на четвертом курсе она не знает разницу между правительством и парламентом, как-то не хочется. С другой стороны, вот ЭТО будет потом хвастать свои дипломом политолога и козырять вопиющей безграмотностью, позор за которые несмываемым пятном ляжет на карму совестливого преподавателя перед лицом вечности. Сидишь в этой аудитории, как Гамлет, и мучаешься, пока какое-нибудь чудо ясноглазое коверкает «антропогенез» в «апокалипсис»… Ну, и для кого теперь сессия – великое испытание?

Иногда мы ставим тройки, только чтобы не видеть на очередной пересдаче круглые глаза этих «неплохих ребят». Им нужен диплом – пусть получат свою «бумажку». На стройке в России пригодится. Глупые дети не понимают, что первое же рабочее место поставит все на свои места. «Находчивый малый», который так ловко забалтывал «добрую училку», окажется просто болтуном, «заучка» с первой парты докажет, что может только повторять слова начальника, пафосный умник, прогуливающий пары из-за переизбытка эрудиции, во взрослой жизни рискует остаться непризнанным гением. Не будет больше деканата, оценок авансом или пересдач. Лень, вранье и некомпетентность за границами университета будут наказываться реальным рублем, потерей лица и должности. Я это знаю, а они – нет. (Снова злостный хохот).
 

Homo Studenticus. 

Трактат о разнообразии видов

Из личной практики могу сказать одно: тупых студентов не бывает. Есть ленивые, несобранные, недобросовестные. Прогульщики, вруны, «ботаны», умнички… Но хрестоматийно «тупые» попадаются крайне редко. И тупость здесь выступает всего-навсего следствием печальной ситуации в системе образования, а не каких-то врожденных качеств молодого человека. Ну, не научили парня или девицу за десять лет в школе и два-три года в университете складывать два плюс два в уме. Не наказывали за лень и безответственность, не привили уважение к книге. За один семестр эту «оплошность» не исправить, поэтому приходится работать с тем, что есть. 

Самая наглая и самонадеянная аудитория – это разнообразные почетные стипендиаты, чемпионы и прочие «звездуны». Не все, но некоторые товарищи уверены, что если их документы однажды подали списком на получение ректорской или президентской стипендии, то этот факт освобождает их от всех обязательств по учебе. Они уже Молодцы. Меня, как преподавателя, в принципе смущают эти стипендии, для получения которых не нужно проходить никаких испытаний. А вот студентов не смущают. Поэтому их ждет тяжкое разочарование в жизни, ведь даже красивые и мокрые щенячьи глазки не помогут сдать зачет по дисциплине, которую они старательно прогуливали весь семестр. Вообще, стоит на финальных курсах обучения понимать, что только прирожденные гении и фанаты самообразования могут ответить на все вопросы специалиста без посещения учебных мероприятий. Все остальные – прощайтесь со стипендиями и учитесь жить в реальной жизни. 

Еще одна довольно сложная категория студентов – те, для кого русский язык не является родным. Эти ребята, как правило, очень старательные, не прогуливают занятий, но вот с осмыслением материала у них большие проблемы. Это связано с тем, что неродной русский язык действительно является препятствием для передачи знаний. Тем не менее, подобную преграду можно и нужно преодолеть. Учатся ведь тысячи русских студентов за границей – в Европе, Китае, Японии – и не жалуются. Однако определенный процент иноязычных студентов к третьему-четвертому курсу привыкают оправдывать недостаток образованности и собственную лень плохим знанием языка, надеются на понимание преподавателя и оценки «по инерции». Приходится включать все свои дипломатические способности и доходчиво объяснять молодым людям, что проживание, получение образования и построение карьеры в русскоговорящем сообществе - достаточный стимул для работы над собой. Сказывается также низкий уровень образованности и эрудиции в целом, что, вероятно, обусловлено плохой обеспеченностью школ республики учебниками и книгами на национальных языках. Кстати, эта группа студентов катастрофически мало читает, и даже русскоговорящие студенты с юга Молдавии плохо выражают свои мысли, как в устной, так и в письменной форме. Слушать выступление такого студента – сплошное мучение, и именно поэтому им стоит высказывать свои соображения и зачитывать доклады как можно чаще. Обычно после двух-трех месяцев активного говорения молодые люди выходят на довольно сносный уровень ораторских способностей, увереннее выражают свои мысли и, как следствие, получают заслуженные хорошие оценки.

Веселят студенты-призраки. Это такие люди, которые вроде бы присутствуют на лекциях и семинарах, но никогда ничего не пишут, не выступают, копаются в своем мобильном телефоне и тупо ждут, пока их отметят в журнале. Молодежь реально думает, что эта «активная» деятельность считается посещением занятия! Самым увлеченным поклонникам игрушек на мобильных я обычно устраиваю «сюрпризы» в виде отметок об отсутствии на паре. «Молодой специалист» думает, что у него нет «энок» в журнале, потому что его физическое тело присутствовало в аудитории, однако через несколько недель такого студента ждет неприятный разговор в деканате по поводу прогулов. Получи, фашист, гранату! Преподаватель – это не актер из «Камеди Клаб» и не шут королевский, чтобы задаром кривляться перед скучающей публикой. В редких случаях попадаются студенты, которых вообще невозможно растормошить – хоть сальто-мортале за кафедрой крути. Ничего не интересно, даже анекдоты. Вот эти господа и становятся первыми кандидатами на вылет из учебного заведения, поскольку при таком уровне безразличия к знаниям нечего им делать в стенах института и пропивать чью-то стипендию. 
 

Страх и ненависть на кафедре

Для известной части студентов обучение в вузе превращается в адреналиновую гонку на выживание, когда учиться лень, а вылететь из университета – страшно. Преподаватели тем временем испытывают куда более широкий спектр эмоций – от скуки до ярости, от печали до радости… Радует, ясное дело, когда ребята о чем-то мечтают, хотят показать себя, когда глаза загораются на дебатах, а на семинаре звучат осмысленные речи и каверзные вопросы. Но кое-что реально раздражает. Помимо сессии, преподаватели терпеть не могут вторжения в свое личное пространство по всякой фигне, простите за мой высокий научный слог. Например, спишь ты себе, как приличный человек, в восемь утра, и вдруг звонок на сотовый: «Екатерина Валерьевна, а когда вы будете в институте, чтобы я мог сдать вам свои долги?» В такие моменты хочется вежливо ответить «Да гори ты в аду, уважаемый!» (написано кровью, потом зачеркнуто – прим. ред.) - «Есть ведь расписание занятий!» Если в голове даже эта логическая цепочка не срастается, ой, долго же ты, болезный, будешь мне зачет сдавать… И только представьте, всякие личные дела есть у всех, у КАЖДОГО студента в потоке, а вот у нас, преподавателей, никаких личных дел нет. С утра до поздней ночи мы с нетерпением ждем звонков от дорогих студентов, желая как можно подробнее рассказать о том, где оставили темы курсовых, сколько страниц должно быть в реферате и почему нумерация сносок должна быть постраничной. А если кто-то позвонит перед парой – узнать на всякий случай, состоится ли она – мы вообще от счастья сойдем с ума и отменим все занятия на месяц вперед. В каком месте Вселенной в эти моменты находятся мозги студентов – науке пока не известно.

В черный список автоматически попадают также одаренные личности, присылающие реферат или контрольную работу на проверку в день (а то и в ночь!) перед экзаменом. Интересно, неужели этим гениям чистой красоты не приходит в голову, что в девять вечера Екатерина Валерьевна может откисать в ванной, играть с котом или заниматься еще чем-то важным вместо изучения скучнейшего, скатанного из Интернета текста студентки Лаврушкиной? И эти красиво подведенные большие глаза на следующее утро: «А вы что, не получили мой реферат?» Серьезно, святая простота хуже воровства.

Находятся уникумы, способные взбесить одной лишь фразой. К примеру, фразой из далекого и почти забытого первого класса: «А я не знал, что вы это задавали!» Скажите на милость, почему меня, Темного Властелина, это должно волновать? Образование нужно, как ни парадоксально, учащимся, ведь педагог – многие удивятся! – уже получил свою долю знаний. Хочешь учиться – учись! Трудно представить, чтобы Александр Македонский говорил своему учителю: «Аристотель Иванович, когда вы рассказывали про движение планет, я был на войне в Персии и не знал, что вы задавали нарисовать контурную карту черепахи, которая держит земную твердь. Можно, я сдам домашку на следующей неделе?»…  

Еще одна фраза тысячелетия - «Можно мне уйти с семинара, потому что… (здесь нужное подчеркнуть) нужно в больницу, хомяк рожает, приехали друзья из Тюмени, я кормлю грудью, нужно забрать справку из РайсовбезгороноспехЖЭУКа?» Разумеется, иди, человек, отвечаю я. Но имей в виду, что отсутствие на паре будет отмечено в журнале в любом случае, за исключением летального. Да и визиты к врачам, управдомам, родителям и хомякам не стоит назначать на время занятий, тем более что расписание оставляет достаточно времени на личные нужды.

Наконец, фраза, которую я впервые услышала именно от приднестровских студентов, вероятно, настолько избалованных знаниями, что позволяют себе спрашивать у педагога «А у вас есть электронный вариант лекций? Давайте вы его нам перешлете по электронной почте, и мы сами почитаем». Разумеется, в том случае, если занятие пришлось отменить по уважительным причинам или речь идет о студентах заочного отделения, с которыми всю программу пройти на занятиях не получается, преподаватель может поделиться со студентами учебной литературой – дать список книг, статей и справочников для самостоятельного изучения. Но не личные лекции! Предполагается, что лектор проводит большую работу, собирая по крупицам текст будущего выступления, роется в первоисточниках, записывает свои соображения на тот или иной счет. Именно это и называется лекцией. И вот студенты дневного отделения предлагают мне передать им часть своей интеллектуальной собственности, чтобы они, несчастные, не утруждали свои уши, мозги и пальцы рук. Ведь – о ужас! – оригинальную лекцию нужно конспектировать. Молодые люди даже мысли не допускают, что лектор – это не радиопередатчик, не робот, считывающий лекцию с экрана планшета или учебника. Хотя, раз возникают подобные предложения, есть повод задуматься – откуда у явления ноги растут… Это тема для отдельной большой статьи, после обнародования которой не быть мне больше злобным «преподом» вообще и никогда… (далее неразборчиво, с каплями слез и вина. – прим. ред.)

Ставила тройки и «незачеты» Катя Каренина