Великий человек из маленького города

Хранители времени

Он был образован в 1987 году, в доме, где до 10 лет жил учёный. Сегодня музей состоит из 4 залов, воспроизводящих обстановку дома дворянской семьи XIX века, в нем хранятся более 200 уникальных экспонатов. Здесь можно узнать об учёбе, научной деятельности и жизни академика в Одессе, Петербурге, Москве, Германии. Основу экспозиции составляют материалы, переданные семьей Зелинского.

«Большая часть экспонатов была получена нами от дочери учёного - Раисы Николаевны Зелинской-Платэ. Она известная художница, её работы выставлены во многих галереях мира, в том числе в Третьяковке. В фонде нашего музея также хранятся картины Раисы Николаевны», - рассказывает заведующая Мемориальным домом-музеем академика Н. Д. Зелинского Ирина Бурис.

Экспозиция музея включает в себя изобразительное искусство, подлинные документы и личные вещи учёного, а также предметы интерьера конца XIX - начала XX века. Особая гордость музея - голландская изразцовая печь, которая согревала маленького Николая Зелинского и его бабушку зимними тираспольскими вечерами. 

Залы дома-музея многое расскажут о жизни выдающегося ученого. Имеются тут фотографии близких, преподавателей, коллег и многочисленных учеников Зелинского. Здесь можно увидеть стол и стул учёного, привезённые из Одесского университета. На одной из стен висит портрет знаменитого академика, написанный рукою дочери Раисы. Хранится в музее и каталитическая печь, с помощью которой Николай Дмитриевич проводил свои опыты.

«У нас имеется визитка ученого (так назывался парадный костюм в то время), галстук-бабочка, целлулоидные воротнички, трость, тюбетейка, носовой платок, хрустальная чернильница и другие вещи учёного. Очень интересный экспонат - подлинные письма Зелинскому от Менделеева», - делится заведующая музеем.

И, конечно же, среди экспонатов музея - тот самый угольный противогаз Зелинского-Куманта, глядя на который нельзя не вспомнить историю одного из величайших изобретений XX века.

Как уголь сработал против газа

Зелинский, как известно, придумал принцип противогаза. Он же по стечению обстоятельств, будучи студентом, командированным в Германию, открыл горчичный газ - иприт, - и первый им отравился. Тогда молодому учёному пришлось несладко, он получил множество ожогов и целый семестр пролежал в больнице. Когда этот газ стали применять в военных целях, Николай Дмитриевич посчитал своим долгом изобрести способ защиты от него.

Примечательно, что принцип противогаза Зелинского был принят не сразу. Ему пришлось целый год доказывать действенность своего метода. Интересно и то, что за свой противогаз учёный не получил ни копейки. В отличие от предприимчивого

А. Куманта, изобретшего маску для противогаза и получившего патент на своё открытие. От каждого экземпляра Кумант получал свою долю. Если учесть, что в годы Первой мировой было распространено более 11 млн противогазов, можно догадаться, какое состояние сколотил этот человек. Зелинский же довольствовался народным признанием - он получал письма с фронта от простых солдат с благодарностью за то, что спас сотни тысяч человеческих жизней.

Противогаз - далеко не единственное полезное изобретение Николая Дмитриевича. Зелинский предложил с помощью древесного угля очищать спиртоводочную продукцию от сивушных масел. Он же получил из отходов нефти бензин, на котором работала вся авиация и транспорт во время Гражданской войны. Ученый послужил стране и в годы ВОВ, создав топливо для легендарной боевой машины - «катюши». На этом работа Зелинского в области нефтехимии не закончилась. На основе разработок учёного было получено топливо для запуска ракеты, и человек впервые смог полететь в космос.

Николай Дмитриевич не только совершил множество открытий в самых разных областях науки, но и был продвинутым человеком. Он открыл кафедру химии на женских курсах, утверждая, что девушки способны преуспеть в естественных науках не хуже мужчин. Зелинский открыто встал на сторону своих студентов во время первых революционных волнений, за что на год лишился работы в лаборатории. Он был инициатором создания Института органической химии в Москве, ныне носящего имя академика.

Через поколения...

В повседневной жизни учёный был неплохим семьянином. Николай Дмитриевич любил живопись, музыку, посещал концерты. Сам был лично знаком со многими деятелями искусств, часто принимал их у себя на даче.

Учёный питал слабость к женскому полу. У него было три брака, каждый из которых длился по четверти века. Оба сына Николая Дмитриевича появились на свет, когда учёному было уже за 70. Все потомки академика гордятся знаменитым родственником. Один из них - Николай Альфредович Платэ - пошёл по стопам знаменитого деда и стал химиком.

Работники дома-музея академика Зелинского поддерживают тесную связь с родственниками знаменитого академика, благодаря чему фонды музея постоянно пополняются.

«В прошлом году на 150-летие учёного к нам приезжал правнук Зелинского - Алексей Николаевич Платэ, он привёз ряд очень ценных для нас экспонатов, среди которых фотокопии из личного альбома Зелинского (Николай Дмитриевич на отдыхе, на конференциях). Также мы получили и некоторые документы учёного - значки, приглашение на его столетие, фотографии нынешних потомков Зелинского из рода Платэ. Мы имеем связь и с другими родственниками учёного и надеемся, что её не потеряем, а будем и дальше пополнять экспозицию, делать наш музей ещё более интересным и востребованным», - рассказывает Ирина Бурис.

Академик с мировым именем Николай Дмитриевич Зелинский прославился далеко за пределами своей родины. Сразу после смерти учёного предпринимались всяческие меры по увековечиванию его памяти. В Тирасполе имеется улица академика Зелинского, также в столице возле бывшей школы № 6, а ныне гуманитарно-математической гимназии, которая носит имя учёного, в 1981 году был установлен его бюст. В 1954 году в Москве был открыт Мемориальный кабинет учёного в доме, где он жил и работал. К сожалению, на сегодняшний день учреждение не работает. Таким образом, Мемориальный дом-музей академика Зелинского в Тирасполе - единственный в мире, который до сих пор сохраняет память о выдающемся учёном.

Ирина Колойденко